Навигационная цепочка

Солдат Президентского полка выносит экземпляр Конституции РФ на церемонии инаугурации президента РФ Владимира Путина в Кремле. Земляниченко Александр/ТАСС
Солдат Президентского полка выносит экземпляр Конституции РФ на церемонии инаугурации президента РФ Владимира Путина в Кремле. Земляниченко Александр/ТАСС

Конституции России 12 декабря — 25 лет. А, если подумать, так и все 100. Принятая в июле 1918 года, хорошенько отредактированная в 1924, 1936 и 1977 годах, а также капитально пересмотренная в 1993-м, она является главнейшим законом страны вот уже целый век. Не рекорд, конечно, — США живут со своей конституцией 231 год, а крошечное Сан-Марино — и вовсе 418, но если учесть, что за этот век наша страна как минимум дважды кардинально меняла свою суть, очень даже внушительный результат выходит.

Основным законом страны можно и нужно гордиться

Ветры перемен, разумеется, вносили свои коррективы и в дух, и в букву основного закона России. Но, если подумать, и новизны в нем хватало.

Основа и ее законы

— У Конституции, которой в этом году мы отмечаем четверть века, есть как минимум три главных отличия, — рассказывает один из ее авторов, член научного совета при Совете Безопасности РФ Сергей Шахрай. — Все конституции мира принимались для оформления того, что уже сложилось. Наша решала прямо противоположные задачи, так как принималась после эпизода практически гражданской войны. И ей надо было из того хаоса, который царил в стране, собрать новые институты государственной власть хоть в какой-то порядок. И тогда был придуман ход: мы пишем основу, а все возникающие по ходу развития государства вопросы решаются с помощью конституционных законов. В итоге в дополнение к Конституции у нас сейчас существует около 96 законов, которые тоже являются ее составной частью.

А еще, говорит Сергей Шахрай, у нашей Конституции есть ангел-хранитель: — Речь — о роли Конституционного суда, которая, может, и не очень заметна в повседневности, но чрезвычайно велика. Это ангел-хранитель Конституции. У нас был такой период в истории — с 1993 по 1998 год — когда Госдума, вместо того чтобы принимать законы, занималась политической борьбой. Все время слышалось: «В отставку тех! В отставку этих!» И тогда Конституционному суду пришлось брать на себя функции Госдумы, принимая решения, в частности, по бюджетной и налоговой системам.

Учите матчасть

Начиналась новая Конституция с трех чистых листов. На одном ее создатели записали то, что и так было ясно: РФ — государство демократическое, правовое, федеративное и светское, и в нем разрешена частная собственность. На втором смоделировали образ желаемого будущего: права и свободы человека. Третий листок составил перечень возможных конфликтов между правительством, президентом и Госдумой и алгоритмы их решения. Творя юридическую историю, иноземными шпаргалками авторы Конституции не пользовались. Предпочитали отечественные: — Писали с чистого листа, но не в безвоздушном пространстве, — вспоминает Сергей Михайлович. — Самое частое, к чему обращались, — труды нашего реформатора XIX века Михаила Сперанского, особенно к составленным под его руководством Сводам законов Российской империи и его же проекту Конституции, по которому президент не является главой правительства. Такая модель управления — наше изобретение.

В качестве модели желаемого будущего авторы избрали федерализм — государство, состоящее из нескольких политически и юридически равнозначных частей, нет регионов главных и второстепенных.

В чем упрекают нынешнюю Конституцию — в приоритете норм международного права над внутрироссийским, что, по мнению критиков, выглядит странно для независимого государства. Шахрай призывает оппонентов учить матчасть: — Что такое международное право? Это договор. Договор, по Конституции, оформляется (ратифицируется) нашим внутренним федеральным законом. Над федеральным законом стоит конституционный закон, а над ним — сама Конституция. Какой вывод? Нормы международного права у нас находятся лишь на третьем месте в иерархии! Подобные обвинения могут выдвигать лишь юристы, которые не выучили первый курс теории государства и права.

Поменять не просто

Оглядываясь назад, Сергей Шахрай не видит смысла в изменениях основного закона: — Я страшно боюсь ее трогать, потому что конституция — фундамент, каркас и крыша, которые меняют в крайнем случае. А вот двери, окна, то что является конституционными законами, — это корректируйте.

Поменять Конституцию не просто. Поправки в нее могут вноситься лишь по предложению президента, Совета Федерации, Госдумы, правительства, законодательных органов субъектов РФ и по инициативе группы численностью не меньше 1/5 от состава Совета Федерации или Госдумы.

При этом менять главы, где говорится об основах конституционного строя, правах и свободах человека порядке внесения поправок в Конституцию, нельзя. Вернее, можно, но надо созывать Конституционное собрание. Ну а пока этого не произошло, нам следовало бы узнать об основном законе, по которому живет страна, побольше. Для тех, кто не любит тяжелое чтение, существует Конституция в карикатурах и в каллиграфии, для детей и даже в комиксах.

Авторов Конституции такой популизм не смущает: — Это нужно делать, — уверен Сергей Шахрай. — Конституцию нужно популяризировать всеми возможными способами. Единственное, что нельзя с ней делать — это заставлять ее учить, потому что любое принуждение вызывает сопротивление. Конституция — это наш воздух. Когда мы дышим свежим воздухом, мы его не замечаем, но как только нас его лишают или отравляют, мы сразу понимаем: без него нам не жить!

 

Метки

Читайте также